Кризис в полиграфии и упаковке перестал быть абстрактной страшилкой. Он уже виден в ставках, материалах, кадрах, сроках, экосборе, загрузке производств и в том, как клиенты принимают решения. На конференции «ПринтИнсайдера» обсуждали не общий фон, а конкретные способы выжить, перестроиться и заработать.

16 июня, в день открытия отраслевой выставки RosUpack/Printech, в рамках деловой программы состоялась конференция «Кризис 2026–2027 в полиграфии и упаковке: выжить, перестроиться, заработать», организованная «ПринтИнсайдером». Первый выставочный день уже подходил к концу, однако слушателей было много. Программа обещала затронуть самые разные темы в свете кризиса отрасли, с которым столкнулись многие типографии.

Главред «ПринтИнсайдера» и модератор конференции Дмитрий Старцев в начале встречи представил партнёров проекта. Надо признать: партнёрство с «ПринтИнсайдером» подразумевает сотворчество, а не привычную схему «заплатили — разместили логотип — упомянули компанию-спонсора».

Что значит сотворчество? Это готовый набор мерча, в создании которого так или иначе поучаствовали все партнёры. Подарки от «ПринтИнсайдера» получились классными, запоминающимися, вызывающими положительные эмоции. Так что спасибо всем участникам этой коллаборации за прекрасные сувениры.

С РОП есть одна странная вещь: вопросов по этой теме всегда остаётся больше, чем приходит ответов. Вместе с Ольгой Широковой, руководителем рабочей группы по упаковке Совета по развитию экономики замкнутого цикла и экологии, координатором Подкомитета по развитию упаковочной и печатной индустрии ТПП РФ, мы сделали очередной подход к снаряду.

Начали с определения субъектности типографий в рамках расширенной ответственности производителей. Это отправная позиция. За утилизацию отвечает конечный производитель, а поставщики материалов передают материалы производителям и отчитываются за свою часть. При этом в практической работе до сих пор остаётся вопрос, кого именно считать производителем в конкретной цепочке.

Сейчас многие опираются на пояснение Минприроды: производитель — это тот, кто создал вещь с применением специализированного оборудования.
Главный вопрос для типографии: что именно происходит в конкретной сделке — поставка товара, подряд или оказание услуг? От ответа зависит, кто платит экосбор. И тут, конечно, масса нюансов.

Всё упирается в то, произвела ли типография самостоятельную вещь или комплектующую для дальнейшего производства. Важно понять: товары для процесса упаковывания нельзя автоматически считать комплектующими вне зоны РОП. Этикетки для наклеивания, крышечки для укупоривания и похожие позиции в этом смысле могут быть самостоятельной вещью. Комплектующие вне зоны РОП — это части, которые передаются для дальнейшего производства другой вещи. Например, обложка блокнота для последующей сборки блокнота.

Чтобы не ошибиться, нужно внимательно изучать перечень товаров и упаковки, подпадающих под РОП.

Есть ещё один интересный поворот сюжета: типография произвела позицию, которая есть в перечне, а конечного продукта в перечне нет. Тогда экосбор платит типография. Пример такой хитрой схемы: вы произвели пазлы для настольной игры. Пазлы есть в перечне, настольных игр там нет.

Какие шаги нужно сделать в первую очередь

1. Присвоить всей своей продукции коды ОКПД. После этого проверить позиции по перечню РОП и определить, за что нужно платить экосбор.
2. Вести учёт по массе произведённой продукции. Экосбор рассчитывается именно по массе.
3. Разобраться, как составлять отчёты и платить экосбор, до наступления отчётного периода.

«ПринтИнсайдер» под кураторством Ольги Широковой и при поддержке компании «Берег» выпустил специальный выпуск по РОП, где подробно разбираются нюансы этой крайне запутанной схемы, которая сильно усложнила жизнь типографиям России. Скачать PDF-версию можно в соцсетях «ПринтИнсайдера» — Макс или Телеграм.

Директор по развитию бизнеса «НИССА Центрум» Михаил Кувшинов, со свойственным ему философским подходом, поразмышлял, как полиграфии перейти от пооперационных техпроцессов к производственной линии.

Начали с задачки советских времён. Что делать, когда у тебя шесть колхозов, а денег хватит только на двоих? Поддержать передовиков, середняков или отстающих? Правильного решения не существует, пока нет понимания цели. Если это благотворительность, ответ один. Если мы строим эффективное производство, ответ другой.

Михаил предлагает своё решение. Деньги нужно отдать передовикам, у отстающих изъять ресурсы в пользу развития передовиков, а середняков предупредить: они следующие, если не будут развиваться.

Дальше Михаил провёл экскурс в историю организации труда в промышленности, чтобы определить, где сейчас находится полиграфия. Первый скачок в развитии производства случился, когда началось разделение труда. Технологический процесс разделили на несколько операций, и это сильно увеличило производительность. Второй скачок связан с появлением серьёзных механизмов в XVIII веке. В начале XX века всё ускорилось ещё сильнее, когда Генри Форд ввёл у себя на производстве принудительный конвейер с заранее установленной скоростью. В 1950-е Toyota исправила недостатки классического конвейера. С конца прошлого века производственные процессы всё чаще распараллеливаются.

По теории Михаила, классический офсет сейчас находится где-то на уровне Средневековья с характерной для него пооперационной работой. Каждая операция, от подготовки бумаги до финишной отделки, требует отдельных сотрудников, машин и времени.

Китайские производители уже уходят от такой модели. На офсете они делают, например, сигаретные пачки в единой линии с печатью и полной отделкой. Есть машины, которые ещё и сами удаляют облой, а затем прессуют его в готовые брикеты для утилизации.
Флексография сегодня уже почти обязательно производственная линия по принципам бережливого производства, без промежуточных продуктов в духе Toyota образца середины XX века.

А «цифра» находится в промежуточном состоянии — от одного этапа к другому. Этот переход происходит сейчас.

Вывод из выступления Михаила: когда вы используете систему более продвинутую, чем ваши конкуренты, вы выходите вперёд. Поэтому на оборудование имеет смысл смотреть именно с этой стороны: с каким этапом развития производства его можно соотнести — пооперационка, Ford или Toyota.

Рост производительности труда помогает решать сразу несколько проблем: низкие зарплаты в полиграфии, кадровый вопрос, сложности управления и внутрипроизводственной логистики.

Юрий Слуцкий, генеральный директор компании по производству мерча Oasis, рассказывал о том, как типографиям можно зарабатывать на мерче в условиях кризиса.

Статистика по обеим отраслям — и мерча, и полиграфии — неутешительная. По мнению Юрия, падение здесь связано не только с текущим состоянием экономики. Речь идёт о структурном сдвиге. Достаточно посмотреть, сколько людей в общественных местах сидит в телефонах. Абсолютное большинство залипает в гаджетах, и это выглядит пугающе.

Отсюда и среднее падение рынка полиграфии на 3,7% в год — не только в России, а во всём мире. Кризис можно переждать. Со структурным сдвигом приходится работать иначе. Здесь и появляется интерес к смежным рынкам.

86% россиян заявляют в опросах, что пользуются брендированной продукцией. Это значит, что спрос на такую продукцию есть. В США 30% типографий выбирают рынок мерча как дополнительный источник доходов.

Oasis предлагает российским типографиям сотрудничество на этом поле. В процессе работы выяснилось, что большинство типографий умеют печатать, но слабо продают мерч как отдельное направление. Oasis берёт продажи на себя.

Мысль проста: клиенты вашей типографии точно где-то заказывают мерч для своих нужд. Так почему бы им не заказывать его у вас же? Не нужно никого искать. Достаточно задать своим клиентам вопрос: вы закупаете мерч? Давайте мы вам поможем в этом. Так типография становится дилером по продаже мерча. Плюс Oasis сейчас разрабатывает реферальную систему работы с типографиями.

Основатель фотобанка «Лори» Ирина Терентьева рассказала о подводных камнях работы типографий с изображениями. До сих пор многие берут для проектов «картинки из интернета», а это чревато большими проблемами с авторскими правами. Кто-то подтягивает изображения с зарубежных фотобанков, рассчитывая, что претензий в России не будет. Но там более 50% изображений принадлежат российским авторам, поэтому риски очень высоки.

Более-менее безопасно можно брать изображения для проектов из трёх источников:

• сгенерировать с помощью ИИ;
• заказать у дизайнера;
• купить в фотобанке.

В каждом случае есть свои нюансы. С дизайнерами очень важны формулировки в договоре. С ИИ тоже всё не так просто. Все генеративные сервисы обучались на базе фотобанков. У этой базы есть тематический перекос: огромное количество фотографий девушек и крайний дефицит снимков оборудования или редких объектов. Ирина настоятельно рекомендует с осторожностью относиться к ИИ-генерации изображений на редкую тематику. Отдельная рекомендация — не генерировать картинки на тему памятников Великой Отечественной войны и церковных объектов. Это тот случай, когда лучше самому сфотографировать объект на телефон.

Как и с дизайнерами, при использовании ИИ-картинок нужно изучать лицензию: кому принадлежит изображение — условному «Шедевруму» или автору промпта. Обычно в коммерческих целях разрешается использовать ИИ-картинки при наличии оплаченной подписки. Но условия всё равно нужно читать.

Покупка в фотобанке тоже не гарантирует, что претензий к вам не будет. К клиентам фотобанка «Лори» претензии предъявляли, однако ни одного суда они не проиграли. Защита всё-таки есть. Главное — читать лицензию. Купив изображение, вы можете делать с ним строго только то, что перечислено в документе.

Вывод из выступления Ирины: на любую картинку, использованную в коммерческих целях, у вас должен быть документ, подтверждающий право на её использование.

Елена Никонорова, PR-менеджер типографии «Сканграф» из Санкт-Петербурга, рассказала, как коллаборации в полиграфии помогают делать заметные и сложные проекты в условиях ограниченного бюджета.

В кризис один в поле не воин. Чтобы создать продукт, который в одиночку просто не потянуть, нужно объединять опыт, ресурсы, технологии и аудитории партнёров из смежных областей.

«Сканграф» в этом году буквально «сообразил на троих». Вместе с брендинговым агентством «Адекватные люди» и поставщиком фольги PPF типография сделала проект «Белый рыцарь» — календарь со сложной отделкой и несколькими пластами смыслов.

Образ Белого рыцаря из «Алисы в Зазеркалье» Льюиса Кэрролла здесь выбран не случайно. Этот персонаж постоянно падает с лошади, каждый раз поднимается и едет дальше. Для российского полиграфиста постковидной эпохи образ получился почти автопортретным. Фраза «Нужно быть готовым ко всему» стала для компании девизом года.

В проект заложили манифест против атомизации общества, клипового мышления и засилья ИИ. Арт-директор Пётр Ворпулёв принципиально рисовал эскизы рукой на бумаге. Затем технологии превратили этот рисунок в многослойный печатный объект: разные виды тиснения, псевдоголографические элементы, микрошрифт, спрятанный в шлеме рыцаря.

Такой календарь трудно повторить без доступа к той же комбинации материалов, отделки и производственного опыта. Копировать его дорого, сложно и бессмысленно с экономической точки зрения.

В результате коллаборации получился не сезонный сувенир для галочки, а демонстрационный образец для заказчиков. Он показывает, как художественная идея, ручная графика, фольга, тиснение и защищённые элементы могут работать в одном продукте.

Вывод из выступления Елены: объединение экспертиз даёт типографии возможность показать заказчику больше, чем печать по готовому макету. Такой проект помогает говорить с клиентом о сложной отделке, защищённых элементах, эмоциональной ценности продукта и более высокой маржинальности.

Сергей Кащеев, генеральный директор «Армекс» (разработчик «1С:Полиграфия»), на базе своего проекта автоматизации рассказал, как контролировать затраты и норму прибыли на полиграфическом производстве.

Когда ощущается влияние сложной экономической ситуации, приходится принимать меры. Их можно разделить на два блока:

• оперативные — административные и управленческие решения, где роль IT и автоматизации невелика;
• регулярные — оптимизация производства, где как раз хорошо работает автоматизация.

Маржинальность упаковки складывается из нескольких составляющих. Стоимость материалов требует контроля цены и склада. Конечная стоимость продукции — контроля продажной цены и скидок. Себестоимость продукции — контроля выработки, сдельной зарплаты, планирования производства и расхода материалов. Для каждой из этих составляющих в системе, разработанной «Армексом», есть свои инструменты. Сергей показал их в своём выступлении. Все эти инструменты уже используют клиенты компании-разработчика в своих типографиях.

Один из примеров — карточка с динамикой изменения закупочных цен любого материала. Ещё один — расчёт потребности в запасах и интеллектуальный помощник, который показывает дефицит материалов, требующий внимания, а затем помогает автоматически сформировать заявку на заказ недостающих позиций.

Контроль нормы прибыли строится через сравнение цены в каждом заказе, запрет убыточных скидок, отчёты об отклонениях между калькуляционной стоимостью и ценой, согласованной с заказчиком. Для мотивации менеджеров есть отчёты, где отражены их бонусы.

Инструменты контроля производства включают отчёты для разных схем планирования. Есть автоматизированные рабочие места под разные специализации: технолог, печатник, резчик и другие. Для мотивации сотрудников производства разработаны дашборды с настраиваемыми показателями. Их можно выводить в цеху на общее обозрение. Контроль себестоимости организован по разным составляющим, поэтому проблемные места можно быстро отследить.

Новый функционал сервиса связан с изменениями в российских правилах. Это функционал и по РОП, и по электронным транспортным накладным, которые станут обязательными для всех с 1 сентября 2026 года.

По наблюдениям Ильи Кошелева, эксперта по технологической трансформации, в последнее время фокус внимания руководства компаний смещается на расход времени. Типографии зависят от множества внешних факторов: стоимости материалов, аренды, электричества, лизинговых выплат и процентов по банковским кредитам. Повлиять на это сложно. Время же — ресурс, которым мы в состоянии управлять.

Как правило, поиск резерва времени все начинают с вопроса: как бы нам печатать быстрее? На самом деле основной резерв времени находится в другом месте. Скорость станков и так находится на пике возможностей и почти не меняется уже довольно давно. Повышать скорость здесь — значит рисковать качеством.

Резерв времени в производстве — это всего лишь опция, которую можно купить, а не навык, который можно постоянно улучшать. Поэтому поиск технологий и технических решений для ускорения часто оказывается иллюзией эффективности. На производстве важнее всего устранять простои и оптимизировать переналадки. Здесь есть временной ресурс, но он ограничен — до 15%.

Истинные резервы времени скрываются в других областях. Именно развитие навыков коллектива становится основным ресурсом развития компании.

Главный резерв времени — до 50% — находится в продажах. В большинстве типографий каждый заказ рассматривается как уникальный, и почти никто не пытается типизировать заказы. Хотя достаточно типизировать технологический процесс внутри компании, чтобы сократить время обработки заказа.

Все процессы препресса, связанные с согласованием макетов и передачей их в производство, съедают до четверти временного ресурса. Здесь прежде всего нужно работать с развитием отношений с клиентами: понимать их будущие потребности и на этой основе формировать запрос к технологиям и производству.

До 30% резерва времени скрывается в сервисных службах: логистике, управлении запасами, претензионной работе. Стоит сосредоточиться на ритмизации логистики: она даёт заметную экономию времени. Претензионная работа тесно связана с обучением заказчиков. Часто претензии возникают из-за проблем с материалами или из-за недопонимания между типографией и клиентом.

Вывод из выступления Ильи: настраивайте процессы в продажах и сервисных службах типографии. Именно там скрыты основные временные ресурсы.

Все выступления в итоге сошлись в одной теме: типографиям наконец-то придётся разобраться, где у них есть резервы денег и времени, понять меру своей ответственности и как именно они производят добавленную стоимость.

РОП заставляет разбирать продукцию по кодам, массе и роли типографии в цепочке. Производственная эффективность требует перехода от пооперационной модели к более цельным процессам. Мерч открывает дополнительный рынок для тех, кто уже работает с корпоративными клиентами. Работа с изображениями требует документов и лицензий, иначе риск возникает ещё до выхода заказа в печать. Коллаборации помогают превращать возможности оборудования в понятные заказчику продукты. Автоматизация показывает, где теряется прибыль. А главный резерв времени часто находится за пределами печатной машины — в продажах, препрессе, логистике, сервисе и работе с клиентом.

Для полиграфистов кризис 2026–2027 годов потребует очень аккуратно принимать управленческие решения. И привычным способом — покупкой оборудования — давать импульс бизнесу уже недостаточно. Выживать и зарабатывать будут те, кто считает себестоимость, управляет ответственностью, умеет объяснять клиенту ценность сложного продукта, работает со смежными рынками и перестраивает процессы до того, как проблемы становятся необратимыми.